НАЦИОНАЛЬНЫЙ МУЗЕЙ

имени А.В. Анохина

Конференция с международным участием начала свою работу

     26 июня началась работа Всероссийской научно-практической конференции «Значение природного и культурного наследия в современном обществе». Посвященное 100-летнему юбилею со дня основания Национального музея им.А.В. Анохина мероприятие организовано музеем  совместно с Горно-Алтайским государственным университетом.

     В течение двух дней научные сотрудники Государственного Эрмитажа, Русского этнографического музея, Музея Антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера), Государственного музея истории Санкт-Петербурга, Историко-культурного и природного музея-заповедника «Томская Писаница», Хакасского национального краеведческого музея им. Л.Р. Кызласова обсудят вопросы сохранения природного, культурного наследия и национальных ценностей, а также инновационные стратегии российского музейного дела, технологии презентации истории в экспозиционно-выставочной деятельности музеев.

     С приветственным словом перед участниками конференции выступила и.о. Главы Республики Алтай Наталья Екеева. «Столетие со дня основания Национального музея имени Анохина - знаменательная для регииона дата.Тема конференции актуальна для Горного Алтая. Это связано с тем, что Алтай располагает значительными природными ресурсами, уникальными историческими памятниками. Это – один из древнейших очагов цивилизации. На территории республики находится множество памятников древности, значительную долю которых составляют археологические памятники », – сказала она.

   В последние годы, добавила Наталья Екеева, культурное наследие выступает как ресурс развития, способный стимулировать духовное развитие граждан и обеспечивать экономический рост страны. «Наследие трансформируется в важнейшую государственную категорию. Именно сохранение связи прошлого и современности, осознание современным человеком важности наследия для развития настоящего и формирования будущего и является залогом успешного развития региона. Поэтому вопросы, которые вы будете рассматривать на конференции, несомненно, важны, очень актуальны и интересны для нас», - подчеркнула и.о. руководителя региона.

     Также присутствующих поздравили Председатель Комитета по науке, образованию, культуре, СМИ и общественным объединениям Государственного Собрания – Эл Курултай Республики Алтай - Вячеслав Николаевич  Уханов, ректор ФГБОУ ВО «Горно-Алтайский государственный университет» Валерий Геннадьевич Бабин. Помощник директора Российского  этнографического музея Мария Владимировна Воронова выразила благодарность за приглашение организаторам мероприятия и подарила  музею  редкие книги и репродукцию картины художника А. Шишова «Улица в г. Ойрот-Тура»  1932 г.

    Сергей Михайлович Дубровин, директор Новосибирского государственного художественного музея» отметил важность данного мероприятия и выразил уверенность в дальнейшем сотрудничестве с Национальным музеем имени А.В. Анохина. Заместитель директора по научной работе Национального  музея имени Алдан Маадыр Республики Тыва  Кадыг-оол Хулербен Кок-оолович перед  участниками и гостями конференции зачитал приветственный адрес директора музея и подарил альбом «Черно-Белая Тыва» .

     В конференции участвуют научные сотрудники Национального музея имени Алдан-Маадыр Республики Тыва, Музея-заповедника «Хуртуяк Тас» Республики Хакассия, Музея города Северска, Литературного музея им. М.Е. Кильчичакова, член Академии художеств Республики Казахстан, Института археологии имени. А.Х. Халикова, Московского государственного университета им. Л.В. Ломоносова, Кемеровского государственного университета, Алтайского государственного института культуры  и других ведущих вузов страны. Всего на участие в этом мероприятии было подано 80 заявок от академиков, профессоров, кандидатов и докторов наук, научных сотрудников ВУЗов, музеев Франции, Нидерландов, Германии, Монголии, Казахстана, Москвы, Санкт-Петербурга, Республик Хакассия, Тыва, Татарстан, Кемеровской, Томской, Новосибирской областей и Алтайского края. 

      Основные темы конференции:

  • Сохранение природного и культурного наследия как фактор устойчивого развития
  • Традиционное природопользование как отражение культурного наследия региона
  • Музеи в научно-исследовательской и образовательной сферах
  • Музейные экспозиции по истории и культуре народов региона
  • Организация работы с музейной аудиторией в условиях глобализации и информационного общества
  • Музейный маркетинг: продвижение и презентация социально-значимых культурных проектов
  • Роль этнографического и экологического туризма в развитии региона

 

      Интересную презентацию о раннесредневековых видах тамги из наскального комплекса Калбак -таш I представил сотрудник Института археологии и этнографии СО РАН Г.В. Кубарев. Знакам из памятников Горного Алтая исследователь приводит аналогии с территории Тувы, Монголии и Семиречья, предлагает интерпретацию тамги как свидетельства заключения антиуйгурской коалиции племен во главе с алтайскими карлуками.  

      Как пояснил ученый, раннесредневековые тамги Алтая встречаются на стелах, предметах из погребений, в том числе воспроизводившиеся на крупах лошадей раннесредневековых всадников, либо сопровождают рунические надписи. «Одно из самых значительных скоплений раннесредневековой тамги имеется на эталонном петроглифическом памятнике Алтая – местонахождении Калбак-Таш. Некоторые ученые рассматривают раннесредневековые тамги центральноазиатского региона исключительно как личные геральдические знаки знатных семей. Подобные собрания или скопления тамги представлены на стеле комплексов Шивээт Улаан и Бомбогор, в петроглифах Бага-Ойгура в Монголии, на одной из стел кургана Салбык в Хакасско-Минусинской котловине и многих других памятниках. Уникальность этого скопления тамги заключается в их соседстве с раннесредневековыми граффити и крупнейшим в России средоточием рунических надписей, которые, возможно, связаны между собой»,- рассказал исследователь.

      По его словам, подобные собрания тамговых знаков не являются случайностью, вырезаны они практически одноактно представителями нескольких родов или племен в момент заключения договора или союза и могут служить важнейшим источником для реконструкции этнополитической истории Алтая и сопоставления этих событий с уже известной по письменным источникам исторической канвой. Место их нанесения также не является случайным, т.к. Калбак-Таш во все исторические эпохи являлся культовым объектом. Он расположен недалеко от другого культового места Алтая – слияния двух главнейших рек – Чуи и Катуни, а также природной границы между Южным и Центральным Алтаем. В этнографическое время низовья Чуи являлись границей между народностями алтай-кижи и теленгитами и с большой долей вероятности можно утверждать, что и в предшествующие исторические эпохи труднопроходимые бомы Катуни играли роль естественных географических границ между различными племенами. 

     Самую представительную группу тамг образуют знаки в виде острого угла. Они составляют одну треть от общего числа. Эти тамги оставлены одним из алтайских автохтонных племен, которое занимало территорию южного и центрального Российского Алтая и примыкающую к нему часть Монгольского Алтая. В пользу этого свидетельствует как большое количество подобных тамг, представленных в калбак-ташском собрании, так и факт нахождения их на предметах из раннесредневековых погребений, исследованных на территории Южного и Центрального Алтая: Кара-Коба I, курган 8

     «Ареал тамговых знаков в виде острого угла охватывает огромную территорию от Юго-Восточной, Юго-Западной и Центральной Монголии до Алтая и Южного Казахстана. Причем, если судить по материалам упомянутых раннесредневековых погребений, на территории Монголии и Казахстана они были оставлены именно выходцами с Алтая. Сопоставление этих данных с письменными источниками позволяет утверждать принадлежность этих тамг карлукам»,- пояснил Глеб Кубарев. 

     По мнению ученого, в VII–VIII веке, в китайских письменных источниках есть информация о том, что на Алтае проживали карлуки (гэлолу – по Н.Я. Бичурину). С востока и запада они расселялись между древними тюрками (тукюесцами) и в зависимости от упадка или возвышения последних, то подчинялись им, то отлагались от них. Карлуки наряду с уйгурами и басмылами приняли самое активное участие в антитюркской коалиции и разгроме Второго Восточно-тюркского каганата в 741–745 гг. Союз уйгуров с карлуками оказался недолговечным. Согласно Терхинской надписи в 746 году часть восставших против уйгур карлуков бежала на территорию Тюргешского каганата. Война уйгуров с карлуками и басмылами продолжалась с 744 по 754 гг. Уйгуры разбили карлуков и басмылов и присоединили к себе по одному из их племен. Они подчинили карлуков, проживавших в окрестностях горы Отюкен и учредили отдельный тутук. Однако, карлуки, проживавшие на Алтае, остались независимыми от уйгуров и своим правителем поставили ябгу.

     Наличие карлукских тамг на юго-востоке и юго-западе Монголии (на удалении ок. 2 тыс. км от Алтая) не должно удивлять, т.к. известно, что разгром тюркского Кутлуг-ябгу силами антитюркской коалиции, в которую входили карлуки, произошел в 741 году на границе тюркского государства с Китаем, в районе гор Иньшань.   

     Тамга в виде круга с отводком в виде «рогов» практически идентична целой группе подобных тамг на стеле в комплексе Бомбогор в Юго-Западной Монголии. В переводе рунической надписи на этой стеле упоминаются карлуки и басмылы. Различные варианты такой тамги повторяются на бомбогорской стеле. На этой стеле представлены и другие тамги, встреченные в Калбак-Таше. Это свидетельствует о близком по сравнению с Калбак-Ташем времени создания этого памятника (сер. VIII в.) и союзнических отношениях племен, представители которых оставили свои тамги на бомбогорской стеле.   

    Любопытно, что ни одной тамги, которую можно было бы отнести к кыргызам, в калбак-ташском собрании нет. С одной стороны это указывает на то, что собрание знаков в Калбак-Таше создано не позднее середины IX века, т.е. до эпохи т.н. кыргызского великодержавия. С другой стороны кыргызские тамги неизвестны и в других местонахождениях Алтая, что может свидетельствовать о не вхождении этого региона в состав Кыргызского государства или о его номинальном подчинении кыргызам. Немногочисленные кыргызские трупосожжения известны преимущественно на южной и северной периферии Алтайских гор, а енисейская традиция нанесения эпитафий на стелы получила некоторое распространение лишь на самом юге Алтая – на границе с Тувой и Монголией. 

    В контексте данной темы очень любопытным представляется перевод одной из рунических надписей Калбак-Таша I: «Я, мое имя Ч(ес). Я написал. Пять элей (народов) должны войти (в конфедерацию)». Можно предположить, что эта надпись одновременна с калбак-ташским собранием тамг, имеет к ней прямое отношение и содержит призыв к созданию конфедерации племен.

    В итоге исследований г. Кубарев пришел к предварительным выводам:     

         Калбак-ташские тамги не являлись личными геральдическими знаками, а выступали, прежде всего, в качестве родо-племенных знаков. Крайне маловероятно, что собрание калбак-ташских тамг могло создаваться в течение нескольких поколений, особенно если иметь в виду 10 разновидностей тамг в виде острого угла. Калбак-ташские тамги были вырезаны практически одноактно и являются свидетельством заключения договора о конфедерации нескольких племен. Подобный вывод подтверждает и перевод одной из калбак-ташских рунических надписей, в котором речь идет о конфедерации пяти элей (народов).

      Собственно кыргызские тамги, сопровождающие рунические памятники Хакасско-Минусинской котловины и Тувы, в собрании знаков в Калбак-Таше I не представлены. Также как не представлены в нем и хорошо известные по письменным памятникам Монголии знаки династийного рода древних тюрок Ашина и правящего рода уйгуров Яглакар. Эти факты, аналогии с тамгами из сопредельных регионов, а также обращение к известной по аутентичным и китайским письменным источникам исторической канве, позволяют идентифицировать те или иные калбак-ташские тамги с племенами или народностями, проживавшими на территории Саяно-Алтая, Центральной и Средней Азии в эпоху раннего средневековья. Первая, наиболее многочисленная группа тамг была оставлена представителями различных родов карлуков – автохтонного населения Алтая, вторая серия знаков – выходцами с территории современной Тувы – чиками, азами (?), народом «Девяти огдамдамов» (?), третья – представителями племен из Семиречья – тюргешами (?). В калбак-ташском собрании тамг также представлены родовые знаки басмылов и, возможно, сеяньто с территории Юго-Западной Монголии.

       Тамги, которые сопровождают родовые знаки Ашина в памятниках с руническими текстами с территории Монголии эпохи Второго Тюркского каганата позволяют относить время создания калбак-ташского собрания тамг к первой половине – середине VIII в. Этой дате не противоречит подавляющее большинство аналогий тамг с сопредельных регионов и радиоуглеродные определения материалов погребений в Уландрыке и Ак-Кобы. Однако, на мой взгляд, вся совокупность приведенных фактов и сопоставление с политической историей VIII века, позволяет предельно сузить хронологическую и этнополитическую интерпретацию собрания тамг в Калбак-Таше. С большой долей уверенности можно отнести время создания калбак-ташского собрания тамг к периоду внутренних войн в Уйгурском каганате в правление Элетмиш Бильге-кагана (747–759 гг.).

      Если идентификация калбак-ташских тамг с конкретными токуз-огузскими и другими южно-сибирскими племенами верна, то это собрание знаков является свидетельством создания антиуйгурской коалиции племен во главе с алтайскими карлуками. В эту коалицию судя по калбак-ташским тамгам входили басмылы, сеяньто (?), чики, азы (?), народ «земли Девяти огдамдамов» Тувы и, возможно, тюргеши. Из надписи в Могон Шине Усу хорошо известно, что во время своего правления уйгурский Элетмиш Бильге-каган (747–759 гг.) предпринимал многочисленные завоевательные походы против карлуков, басмылов, тюргешей, чиков, енисейских кыргызов, которые и создали антиуйгурскую коалицию. Калбак-ташское собрание тамг подтверждает и иллюстрирует хорошо известную по письменным источникам канву исторических событий на территории Центральной Азии в VIII веке, а распространение карлукских тамг далеко на юго-восток и на запад – их военные походы против тюрок совместно с уйгурами и басмылами, а также их дальнейшее переселение в Семиречье.